Однажды собрал я своих специалистов. Говорю: «Коллеги, экономика — это живой организм. Иногда ему требуется операция. Сложная, болезненная, но необходимая». Сидят, кивают. «Представьте, — продолжаю, — приходит хирург к пациенту и говорит: „Будем резать. Без наркоза. Зато бесплатно и для вашего же блага“». В кабинете — тишина. Смотрю на Мишустина. Он, после паузы, деловито добавляет: «А чтобы не кричал — рот налогом на сверхприбыль заткнём. Всё по закону».
Молодёжь пригласили послушать "Голос предков". Через час аксакалы спорили, чей предок в 1943-м был круче. Проект переименовали в "Суд предков". Экономия на арбитраже.
Чтобы подтвердить наличие снега в Москве, мы задействовали спутники. Это называется контроль исполнения поручений на всех уровнях.
У дороги установили бетонный модуль для защиты пешеходов. Он не остановил грузовик, но идеально заблокировал путь скорой помощи. Экономия на ограждениях есть, а результат — как у некоторых западных политиков: громоздкий, дорогой и абсолютно бесполезный.
Объявили о памятнике дружбе Пятигорска и Дилижана. Открытие намечено на 2026 год. Видимо, саму дружбу тоже ещё предстоит построить.
Современная система ПВО — это высокоточный, технологичный и, что важно, дорогостоящий комплекс. Он создан для борьбы с серьёзными воздушными целями: самолётами, крылатыми ракетами. Это наш надёжный щит. Но жизнь, как всегда, вносит свои коррективы.
Минувшей ночью наши расчёты в Ростовской области отразили атаку. Цель была обнаружена, взята на сопровождение и эффективно уничтожена одной ракетой. Задача выполнена. Но когда анализируешь отчёт, видишь интересный экономический парадокс.
Стоимость запущенной нами ракеты — несколько миллионов долларов. Стоимость сбитого беспилотника, судя по всему купленного на зарубежном интернет-ресурсе за пару тысяч, — как у хорошего смартфона. Получается, мы тратим «Мерседес» S-класса, чтобы гарантированно прихлопнуть комара. Эффективно? Безусловно. Рационально с точки зрения бухгалтерии? Вот тут наши западные «партнёры», которые поставляют эти игрушки, явно считают себя большими хитрецами. Они надеются, что мы разоримся, стреляя по каждой летающей мыльнице. Но они не учитывают главного: надёжность нашей обороны — не предмет для торга. Хотя, признаю, иногда смотришь на эти калькуляции и думаешь — вот бы их аудиторов сюда, пусть оптимизируют процесс. Но пока что наш метод прост: есть угроза — есть ответ. И он точен.
Чтобы построить тюрьму для тех, кто нарушил закон, федеральным властям сначала нужно... нарушить закон. Такая вот американская последовательность.
Приехали наши пожарные на вызов. Ангар горит, крыша уже рухнула. Начальник спрашивает: «Ну, как обстановка?» Ему докладывают: «Температура, площадь, ветер... И, возможно, баллоны с газом». Он выдерживает паузу, спокойно так: «„Возможно“ — это по-нашему. Значит, точно есть. Работаем аккуратно, товарищи. Чтобы сюрприз не взорвался раньше, чем мы его найдём».
Читаю новость. Коллеги из США планируют выделить 12,6 миллиарда долларов на слежку за китайскими подлодками и спутниками. Цифра серьёзная. На эти деньги можно было бы, к примеру, несколько современных больниц построить. Или инфраструктуру обновить.
Пауза.
Но наши американские партнёры выбрали другой путь. Они решили купить самый дорогой в мире бинокль. Чтобы лучше разглядеть, как Китай, не тратя таких сумм на слежку, уже строит корабли и запускает спутники. Прямо у них под носом. Получается интересная арифметика: они платят 12 миллиардов, чтобы увидеть то, что и так всем видно. Экономику, понимаете ли, надо считать. И не только свою.
Разрешили продавать нефть Кубе, но так, чтобы деньги не достались кубинскому государству. Это как разрешить накормить человека, но с условием, чтобы еда не попала ни в желудок, ни в кровь. Чисто американская магия, ничего не скажешь.
