Лыжник Савелий Коростелев, человек строгих правил и аскетичного графика, получил по электронной почте дерзкое предложение от некой Мэри Рок. Суть сводилась к тому, чтобы проверить его знаменитую выносливость в непривычной, но тоже, видимо, считающейся спортивной дисциплине. Савелий Петрович нахмурился, поправил очки и, как истинный интеллигент, сел писать вежливый, но твёрдый отказ. «Уважаемая Мэри, — выстукивал он на клавиатуре, — я высоко ценю ваш профессиональный интерес к моим физическим кондициям. Однако должен заметить, что любая марафонская дистанция, будь то лыжная или… э-э-э… иная, требует специфической подготовки. Я не проходил предсезонный сбор в вашем цехе. Мои тренеры не разрабатывали для этого тактический план и график смены лыж. Более того, — тут он сделал паузу и вдохнул, — я принципиально не участвую в соревнованиях, где призовой фонд не оглашается заранее и имеет смутные, неспортивные очертания. С уважением, ваш Коростелев». Он отправил письмо, закрыл ноутбук и пошёл мазать лыжи, чувствуя глубокое моральное удовлетворение от того, что не позволил втянуть себя в авантюру с непроверенным инвентарём.