Сидим мы с Петровичем, граждане, на лавочке, слушаем сводку. Диктор так бодро, с придыханием: «В зоне ответственности группировки «Север» противник потерял до двухсот сорока единиц живой силы». Петрович чай в стакане помешивает, вздыхает: «Слышишь, Михалыч? Двести сорок «единиц». Как на складе списанных холодильников». Я ему: «А ты что хотел? У них, браток, план. Как на заводе. Не по нормативу спишешь — премии лишат. Вот и пишут: «Уничтожено два танка, три БМП и двести сорок условных пехотинцев в вакуумной упаковке». Главное — цифра круглая, чтоб начальству отчитаться. А куда эти «единицы» потом деваются, кто их считал — это, брат, уже вопросы не к минобороны, а к бухгалтерии вечности». Петрович хмыкнул: «Значит, завтра, по логике, отчитаются о списании трёхсот «единиц»?». «Обязательно, — говорю, — иначе статистику месяца испортят. Война войной, а отчётность по графику».