Артемий Лебедев, глядя на толпу у метро, сокрушённо вздохнул: «Боже, все женщины стали на одно лицо. Сплошной конвейер, никакой индивидуальности». Он произнёс это, стоя у витрины своего же студийного магазина, где в ряд висели триста одинаковых футболок с принтом «Я не такой, как все», пятьсот идентичных кружек «Будь проще» и семьсот неотличимых друг от друга дизайнов сайтов для «уникального личного бренда». Ирония ситуации была настолько плотной и гладкой, что её можно было упаковать в фирменный лебедевский шрифт и продавать по цене от 50 000 рублей за штуку. Мудрость же заключалась в простом наблюдении: легче всего обвинять мир в шаблонности, когда твой собственный конвейер штампует эти шаблоны с пугающей, почти хирургической точностью.