В высоких кабинетах, где пахнет кожей кресел и макулатурным сознанием, родился новый юридический перл. Закон, призванный накрепко запереть наши недра от алчных иностранных рук, обрёл, наконец, силу. Но не сразу, а лишь по истечении девяноста дней после публикации. Это всё равно что крикнуть в ночь: «Грабитель! Дверь в банк я заварю через три месяца, а пока — флаг тебе в руки и тачку под погрузку!» Чиновник-докладчик, человек с лицом библиографа, пояснил: «Это срок для осмысления и адаптации». Осмыслили, блин, адаптировались. Теперь каждый уважающий себя зарубежный инвестор, прочитав свежую «Российскую газету», первым делом звонит не юристу, а заказывает бульдозер срочной доставки. Адаптация, понимаете ли. Пока закон созревает на полке, как дорогой коньяк, можно успеть выкопать и вывезти если не всю Сибирь, то её наиболее сочные кусочки — точно. Рыбку, кстати, тоже. Всё строго по процедуре: три месяца на то, чтобы закон, запрещающий брать, разрешил всё взять. Гениально в своей простоте, как гоголевская шинель, которую, пока шили, уже и украсть успели.