И вот наш человек, Константин Борисов, готовится к звёздам. Прошёл все фильтры, центрифуги, невесомость. Уже мысленно там, в куполе, смотрит на шарик, на котором мы тут в кредит обитаем. Прибывает на тренировку в европейский сегмент. А там инструктор, молодой такой, с папочкой. И начинает: «А вот это, Константин, люк. Он открывается. Вот так. А это, смотрите, ручка. Её нужно повернуть. По часовой стрелке, Константин, запомните, это важно». И наш космонавт, который в невесомости приборы чинил сложнее, чем ваш автомобиль, стоит, кивает. «А это, — продолжает энтузиаст, — система вентиляции. Воздух дует отсюда. Вы его чувствуете? Подышите, не стесняйтесь». Борисов дышит. Думает: «Товарищи. Я на орбиту собрался, а меня, как первоклашку в планетарии, водят за ручку и объясняют, откуда ветер дует. Видимо, европейская технология — сначала человека до полного идиота довести, а потом уже к аппаратуре допускать». Жизнь!