Сижу с редактором, пьём кофе. Он мне и говорит: «Срочно нужен текст! Вот заголовок — «Иностранец изнасиловал пенсионерку в российском регионе». Пиши подробности, раскручивай, народ ждёт!»

Я сел, думаю. Ну, иностранцы у нас бывают разные. Пенсионерки тоже. Регион... Ну, российский. Пишу: «По предварительной информации, инцидент произошёл в одном из населённых пунктов. Личность подозреваемого устанавливается. Пострадавшая находится...»

Звоню редактору: «Слушай, а где, собственно, инфа? Кто, где, когда?» А он мне: «Какая, нахуй, инфа? Заголовок есть? Есть! Значит, и новость есть. Ты просто распиши её, блядь, художественно! Представь!»

Я представил. Сидит эта пенсионерка, вяжет носок. Заходит иностранец. И... И всё. Больше я нихрена не могу представить. Потому что новость-то готовая — её уже сам заголовок изнасиловал, от подробностей ничего не осталось. Я так и написал в конце: «На момент публикации подробности данного происшествия отсутствуют». Редактор прочитал и говорит: «Вот! Идеально! Чётко, по делу, и главное — ничего лишнего».