Моя жена Аня объявила, что наша седьмая годовщина свадьбы будет тематической. «Тема — «Битва народов», — сказала она. — Мы вспомним, как всё начиналось». Я, дурак, обрадовался: купил два меча из пенопласта, нашёл в закромах старый картонный щит, настроился на весёлый вечер в стиле ролевых игр.

Вечером Аня выходит в халате и бигуди. Ставит на стол бутылку вина и два бокала. «Всё, — говорит, — поле битвы подготовлено. Это — 2017 год. Я — твоя невеста». Делает глоток. Потом хлопает себя по лбу: «Ой, забыла!». Убирает вино, ставит чайник, достаёт две кружки с котиками. «А это — 2018-й. Я — твоя жена». Делает глоток чая. Потом снимает халат, остаётся в застиранной пижаме с оленями. «2019-й. Я — мать твоего ребёнка». Достаёт из холодильника сцеженное молоко, наливает в кружку, делает вид, что пьёт. Я уже молчу, просто наблюдаю.

Она продолжает этот хронологический ад ещё минут двадцать, последовательно изображая «жену в декрете», «жену, которой срочно нужна новая кофемашина», и, наконец, «жену, которая три дня не может до тебя достучаться». На последнем этапе она уже просто сидит, уставившись в стену, а перед ней стоит пустая кружка.

«Ну что, — спрашивает она, наконец поднимая на меня взгляд. — Вспомнил, как всё начиналось? А теперь скажи, где тут твои народы и где тут, блять, битва? Это была осада. Осада одного конкретного идиота». И пошла спать. А я остался сидеть на кухне с двумя пенопластовыми мечами, чувствуя себя самым разгромленным полководцем в истории.