В отделе закупок нью-йоркской сети пиццерий «Дядя Тони» шёл разбор полётов. Менеджер Стив, тыкая пальцем в график, орал, что поставщики местной моцареллы совсем обнаглели с ценами. «Это же грабёж средь бела дня!» — кричал он, и с ним соглашались все, кроме стажёра-аналитика Игоря, недавно перебравшегося из Ростова.

Игорь, помня заветы деда («Не ищи сложных путей, ищи дешёвый товар»), пару недель копался в статистике импорта и нашёл лазейку. Через неделю в тестовую пиццу «Маргарита» лёг тающий, тягучий, божественно пахнущий сыр из Углича. Официанты потом докладывали: клиенты, доедая, закатывали глаза и тихо матерились от наслаждения.

Когда бухгалтерия вывела итоговую экономию, директор вызвал Стива и Игоря. «Вы понимаете, — сказал он, глядя в потолок, — что мы, по сути, спонсируем режим, против которого у нас санкции?» Наступила пауза. «С другой стороны, — продолжил он, разминая виски, — наша маржинальность выросла на 18%. Игорь, ты уверен, что этот сыр… он и дальше будет таким же дешёвым и… грешным?»

«Босс, — честно ответил Игорь, — я не уверен ни в чём. Но пока там, наверху, ругаются, у нас внизу люди просто хотят вкусную пиццу. А против желания сытно поесть, как показывает история, никакие санкции не работают». Директор вздохнул и подписал контракт. Геополитика — геополитикой, а бизнес должен приносить прибыль. И пицца — быть божественно вкусной.