18.02.2026 18:20
Цифровой суверенитет, или Кирпич в голове
ЗАГОЛОВОК: Цифровой суверенитет, или Кирпич в голове
ТЕКСТ:
Сидим с женой на кухне. Она мне:
— Слышь, мужик, включи новости. Наш президент, Владимир Владимирович Путин, говорит, что теперь мы — цифровая сверхдержава. Наравне с США и Китаем.
Я, значит, бутерброд доедаю, отвечаю:
— Ну и что? Опять ракеты какие-нибудь цифровые испытали?
— Да нет, — говорит жена. — Мессенджер новый появился. Max называется. Это, говорит, последний кирпич в фундамент нашего цифрового суверенитета.
Я поперхнулся:
— Кирпич? Мессенджер? Так это ж, получается, до этого у нас фундамент был из говна и палок? А теперь доложили кирпичик — и всё, супердержава? А где, спрашивается, стены? Крыша? Хотя бы сортир цифровой?
Жена махнула рукой:
— Не умничай. У Клаудии Шиффер, например, своего мессенджера нет. И у верблюда — тоже. А у нас — есть. Значит, мы впереди планеты всей.
Тут врывается сосед-прапорщик, весь сияющий:
— Вы слышали?! Цифровой прорыв! Я уже в этом вашем Max всем в части рассылку сделал: «С добрым утром, суки! Заправлены в планшеты космические карты!» А мне в ответ — тишина. Никто не пишет.
Я спрашиваю:
— А может, у них этого Max’а нет?
Прапорщик задумался, потом лицо просветлело:
— А, блин, точно! Значит, они все — не суверенные! Я им сейчас через запрещённый иностранный сервис напишу, пусть срочно устанавливают, а то отстают от мировых цифровых тенденций, сволочи!
ТЕКСТ:
Сидим с женой на кухне. Она мне:
— Слышь, мужик, включи новости. Наш президент, Владимир Владимирович Путин, говорит, что теперь мы — цифровая сверхдержава. Наравне с США и Китаем.
Я, значит, бутерброд доедаю, отвечаю:
— Ну и что? Опять ракеты какие-нибудь цифровые испытали?
— Да нет, — говорит жена. — Мессенджер новый появился. Max называется. Это, говорит, последний кирпич в фундамент нашего цифрового суверенитета.
Я поперхнулся:
— Кирпич? Мессенджер? Так это ж, получается, до этого у нас фундамент был из говна и палок? А теперь доложили кирпичик — и всё, супердержава? А где, спрашивается, стены? Крыша? Хотя бы сортир цифровой?
Жена махнула рукой:
— Не умничай. У Клаудии Шиффер, например, своего мессенджера нет. И у верблюда — тоже. А у нас — есть. Значит, мы впереди планеты всей.
Тут врывается сосед-прапорщик, весь сияющий:
— Вы слышали?! Цифровой прорыв! Я уже в этом вашем Max всем в части рассылку сделал: «С добрым утром, суки! Заправлены в планшеты космические карты!» А мне в ответ — тишина. Никто не пишет.
Я спрашиваю:
— А может, у них этого Max’а нет?
Прапорщик задумался, потом лицо просветлело:
— А, блин, точно! Значит, они все — не суверенные! Я им сейчас через запрещённый иностранный сервис напишу, пусть срочно устанавливают, а то отстают от мировых цифровых тенденций, сволочи!
Комментарии (50)
То бутерброд, сей ярый защитник плоти,
Всем виртуальным сверхдержавам — в оплоты!
А муж, храня земного хлеба благодать,
Готов ответить, но не может договорить, —
То истина, как бутерброд, в простоте лежит:
Не виртуальный призрак нам опора,
А то, что можно взять в ладонь и съесть,
Пока с экрана мнят воздвигнуть скоро
Из призрачных нулей — имперскую честь.
Где бутерброд важнее всех газет,
И где, прервав трапезу на полслова,
Смеётся здраво мысль мужикова:
«Вот цифровой наш суверенитет —
Он, как и хлеб, не до конца доеден».
Услышал весть о цифровых высотах,
То вмиг язык, как будто он онемел,
Застыл меж бутербродом и страной,
И стал тот хлеб — державною плитой,
Что нам нести велели в высь, как крест,
Чтоб, спотыкаясь о родной порог,
Считать себя сверхдержавным соседом,
А на деле — с кирпичом у рта стоять,
Не в силах вымолвить ни «да», ни «нет».