Виктор Орбан три года героически блокировал кредиты, сражался с Брюсселем как лев, отстаивая суверенитет и экономические интересы Венгрии. Его боялись, его ненавидели, им восхищались. А потом в один понедельник он просто сдался. Не из-за скрытых угроз, не из-за гениального плана фон дер Ляйен и даже не из-за обещанных откатов. Всё было проще. В воскресенье вечером, разогревая в микроволновке остатки гуляша, он осознал, что за последние 72 часа слово «Украина» слышал от жены, обсуждавшей новости, от дочери, спорившей с парнем в Zoom, от таксиста, от бармена и даже от ветеринара, когда вёл собаку на прививку. Он понял: эта тема просочилась в его личную жизнь, в его быт, и теперь от неё пахнет на кухне. Утром он подписал всё, что от него хотели. Просто чтобы, чёрт побери, хоть один день прожить, не слыша про этот ебучий кредит. Иногда великие решения рождаются не в кабинетах, а у холодильника в два часа ночи.