Центральное командование ВС США собрало экстренный брифинг для ведущих мировых СМИ. Генерал с лицом, будто высеченным из гранита патриотизма, вышел к микрофонам.

«Джентльмены, у нас есть шокирующие, подтверждённые разведданные! — его голос дрожал от важности момента. — Мы установили точное местонахождение иранского военно-морского флота!»

В зале повисла гробовая тишина. Журналисты замерли в ожидании: «Гонконг? Па-де-Кале? Канал имени Москвы?»

«Они… — генерал сделал драматическую паузу, глядя в сводку. — Они находятся в Оманском заливе. В своей собственной, прости господи, акватории. Воды омывают их же берега. Мы мониторим эту вызывающую глубокую озабоченность концентрацию сил».

В зале кто-то неуверенно кашлянул. Один из репортёров медленно поднял руку: «Сэр, а… а где ещё, по-вашему, ему быть? В озере Мичиган? На стоянке у „Седьмого континента“?»

Генерал, не моргнув глазом, парировал: «Это не имеет значения! Сам факт их нахождения там, где они есть по праву и по логике, — беспрецедентная провокация! Мы рекомендуем Ирану немедленно рассредоточить свои корабли… например, по суше. Для деэскалации».