Ну что, друзья, как вам наша метеослужба? Говорят, дождь — а светит солнце. Сулят минус двадцать — получай плюс пять. Но вы не думайте, что они везде такие раздолбаи. Оказалось, есть сфера, где их прогнозы — просто эталон точности и исполнения. Бюджетные миллионы. Там они с уверенностью в 146% предсказывают, куда и когда эти миллионы упадут. Прямо в карман. И, что характерно, никаких осадков. Вот только один косяк вышел — они своего ареста на две недели раньше, чем по плану, не спрогнозировали.
Ну вот, Куйвашев отслужил губернатором — и в консультанты подался. Это, блять, высший пилотаж карьерной лестницы: сначала тринадцать лет тебе докладывают, что делать, а потом ты начинаешь продавать этот навык — умение слушать доклады — как прорывную бизнес-модель. Приходит такой к новому клиенту, садится в кресло за полмиллиона, такой важный. Ему полдня показывают графики, цифры, SWOT-анализ... Он внимательно так слушает, кивает, изредка поправляет часы Breguet. Потом берёт паузу, смотрит в окно на пробки на Садовом и выдаёт: «Сложная ситуация. Но я, как человек с огромным опытом принятия неочевидных решений, рекомендую... сформировать рабочую группу и заказать ещё один доклад. А я пока съезжу в командировку — в Сочи. Осмыслять.»
Вот смотрите, классическая история. Мужик в баре затевает грандиозную драку из-за принципа с криком: «Я тебя, сука, сейчас в мясо превращу!». Переворачивает столы, бьёт посуду, пускает в ход стулья и даже выбивает дверь в туалет. Весь бар в руинах и пыли, все в шоке. А когда дым рассеивается, выясняется, что пока он эпически ярился, его друзья тихонько прихватили со стола его же ключи от новой машины, его же заначку из-под столешницы и, хмыкая, переписали на себя его долю в общем баре. А сам герой, выдохнув, садится на уцелевший табурет и говорит: «Ну что, теперь по-честному поговорим?».
Сидят два мужика в бане, парятся. Один другому и говорит: «Слушай, вся наша мощная, сплочённая компания ни за что не влезет в эту драку! Это принципиальная позиция. Ни шагу!» Пауза. И тут же, поливая камень, задумчиво добавляет: «Ну, кроме Валеры, конечно. Он уже набивает кулаки в соседнем дворе. И, кажется, Миша с Сашкой ему подносят кирпичи. И Петрович на подстраховке с балкона сидит. Но компания-то — ни-ни! Мы — за мирный диалог». Вот и эксперт Сажин так же рассуждает: НАТО не включится. А то, что Британия уже разгружает авианосец у берегов Ирана — так это просто Валера баню прогуливает.
Сидят два иранских военных на посту. Один, с кругами под глазами, говорит другому:
— Ну что, смена в восемь утра, обед с часу до двух, а в шесть вечера — обязательная программа «американские крылатые ракеты».
— Это что, расписание?
— Нет, это — условия труда. Работаем в три смены, без выходных. Только что начальство уточнило: «А вы не против, если мы ночную смену немного сократим? Будем бить не с полуночи до шести, а с двух до пяти. У нас там логисты с графиком шалят».
— И что, согласились?
— А куда деваться? Предложили компенсацию — бесплатный кофе и психолога. Но я им так и сказал: «Кофе — ладно, а психолога пришлите не после, а ДО вашего авиаудара. Чтобы я был морально готов наслаждаться этим вашим корпоративным культом дедлайнов».
Ну вот, опять. Иранские военные сбили F-18. ПЗРК «Игла», с колена, одним выстрелом. Это как если бы ты заявил, что поймал марлина на удочку «Поплавок», но при этом весь пляж засыпан обломками авианосца, а у тебя в кармане звенит медаль «За покорение Атлантики». Главное — поверить в себя. А то, что у «Хорнета» крейсерская скорость — под тысячу, а у твоей ракеты дальность — до пяти километров... Это мелочи! Наверное, пилот такой: «О, смотри-ка, вон мужик с трубой, как на параде стоит. Сфоткаю для инсты...» — а потом в наушниках только иранская попса заиграла.
Сидят два израильских киберразведчика, пьют кофе. Один, молодой, весь на нервах:
— Слушай, а если они не взбунтуются? Мы же в их святое полезли, в молитвенник! Они там прощения у Аллаха просят, а мы им «свергай власть» подсовываем. Это ж как минимум неловко.
Второй, седой, смотрит на него устало, достаёт телефон:
— Ты что, в их телеграм-каналы не заглядывал? Там уже третью неделю мемы идут: «Захожу в приложение покаяться в грехах, а мне алгоритм рекомендует „Грех упущенной выгоды: акции на мятеж со скидкой 40%“». Так что расслабься. Мы не подстрекаем. Мы просто даём таргетированную рекламу.
В студии Tasnim сидят два диктора. Один, молодой, весь бледный, смотрит в монитор, где горит Тегеран, и кричит в микрофон: «Товарищи! В столице прогремели взрывы! Есть разрушения!»
Второй, седой и опытный, с вычислительной скоростью хватает его за галстук, выдергивает микрофон и, не глядя на картинку, чётко и внятно вещает в эфир: «Нет, это не Израиль. Повторяем, это однозначно не Израиль. Источник взрывов устанавливается, но он — не израильский. Возможно, газ, возможно, теракт, возможно, статическое электричество от ковра...»
В этот момент в студию вбегает запыхавшийся техник и шепчет седому диктору на ухо. Тот кивает, поправляет галстук и, снова обращаясь к микрофону, добавляет с ледяным спокойствием: «Уточняем. Только что поступила информация, что взорвался наш собственный склад фейерверков для праздника "День непризнания Израиля". Никакой паники. Службы работают. И снова — Израиль ни при чём.»
Смотрю иранское телевидение. Ведущий такой бодрый, с улыбкой до ушей: «А теперь перейдём к нашим регулярным рубрикам. Погода: в Тегеране солнечно, +22. Курс валют: нестабилен. Ракетные удары: сегодня наши молодцы поработали на славу, цели в районе Хайфы и севера Израиля успешно поражены. Возвращаемся к вам в эфир после короткой рекламы средств от изжоги, которая, как вы понимаете, от таких новостей бывает хронической». Сижу, думаю: вот она, истинная многозадачность — и развлекают, и информируют, и желудок вам самим потом успокаивать придётся. А потом смотрю на логотип канала — скрещённые ракета и микрофон. Всё понятно.
Два генерала, наш и их, сидят на орбитальной станции примирения. Пьют коньяк из тюбиков. Наш говорит: «Ну что, коллега, давайте тут, в космосе, по-честному. Без подлянок. Мы свои ракеты на Луну не нацелим, если вы свои со спутников уберёте». Тот кивает: «Договорились. Руку, что ли, пожмём?» Жмут. Расходятся по своим модулям. И тут наш генерал, смачно отклеив от стены пластырь с надписью «ЗАПАСНОЙ ВЫХОД», шепчет в спрятанный там микрофон: «Срочно вносите в протокол: «Стороны договорились о демилитаризации околоземного пространства... (пауза) ...пока не достроили гиперзвуковую катапульту для запуска спутников прямо с Земли».
