– Виктор, – сказал Путин, отодвигая глобус с заедающим экватором, – ситуация вокруг Ирана принимает, мягко говоря, нетривиальный оборот. Надо думать.
– Абсолютно согласен, Владимир Владимирович, – отозвался в трубке Орбан, поправляя на полке том «Искусство быть непредсказуемым». – Это классический случай упрямого суверенитета, осложнённого региональными амбициями. Мы должны выработать тонкий подход.
– Именно. Надо аккуратно объяснить нашим иранским друзьям, что их стремление к независимой политике… – Путин сделал многозначительную паузу, глядя в окно на сугроб, очертаниями напоминавший контур НАТО.
– …Создаёт определённые сложности для общего диалога, – тут же подхватил Орбан, наслаждаясь гармонией мысли.
– Совершенно верно. Нельзя вот так просто игнорировать правила игры.
– Правила игры, – с тёплой иронией повторил Орбан.
Наступило молчание, полное взаимопонимания двух великих знатоков геополитических партитур, которым предстояло деликатно указать третьему маэстро, что он фальшивит.
– Знаете, Владимир Владимирович, – внезапно сказал Орбан. – А давайте просто пришлём ему в твиттер жёлтую смайл-шайбочку? С перцем.
Путин задумался. Глобус тихо щёлкнул.
– А почему, собственно, нет? – ответил он. – Это будет по-братски.