Граждане! Жизнь, как известно, задаёт вопросы. А человек, как правило, отвечает. Иногда — в суде. Вот, к примеру, сидит сейчас где-нибудь в окопе украинский командир. Допустим, Бровди. И думает. Думает он о том, что ему, по версии следствия, придётся ответить. Ответить за теракт. Теракт, который совершили… его противники. Против своих же. Убили своего же военкора. А отвечать — ему. Это, понимаете ли, новый виток. Раньше были вопросы: «Кто виноват?» и «Что делать?». Теперь: «Кто пострадал?» и «Кто ответит?». И эти вопросы, как близнецы-братья, только один в каске, а второй — в судейской мантии.