Сижу, смотрю новости. Пишут: «Киркорова оштрафовали на 112 рублей за частный берег». Сто двенадцать. Рублей. Я сначала подумал — опечатка. Может, миллионов? Нет. За участок в четыре тысячи квадратов, который стоит как бюджет небольшого города, штраф — как за неоплаченную парковку на пятнадцать минут.

И вот представляю эту картину. Сидит где-нибудь в своём замке Филипп Бедросович, пьёт кофе с видом на свою личную Москву-реку. Приносят ему бумажку. Он читает: «Нарушение... частный берег... 112 рублей». Он достаёт из кармана мелочь, отсчитывает сотню, десять и ещё две рублёвые монетки. Кладет на стол. «Вот, — говорит, — сдачи не надо». А потом звонит бухгалтеру: «Василий, внеси в расходы на содержание недвижимости: полтинник на покраску забора, полтинник на охрану, и вот, блядь, 112 рублей — государству за саму концепцию частной реки. Баланс сошёлся». Абсурд в том, что этот штраф — не наказание. Это квитанция об оплате. Официальное подтверждение: «Да, ты можешь вот это всё. Это стоит 112 рублей в год. Продолжай».