Сидим с женой за завтраком. Читаю ей новость с пафосом: «Московский планетарий сообщает, что к концу марта световой день увеличится на два часа девятнадцать минут!»

Она, не отрываясь от своего тоста, бурчит: «Ага. Значит, теперь ты будешь на два часа девятнадцать минут дольше прикидываться, что не слышишь, как я прошу вынести мусор. Гениальное астрономическое явление».

Я пытаюсь сохранить научный подход: «Дорогая, это же объективные данные! Орбита, наклон оси...»

«Объективные данные, — перебивает она, — это то, что ты уже три дня ходишь в куртке нараспашку и глупо улыбаешься солнцу, как будто это ты лично его весной включил. А планетарий, видимо, только сейчас справку из бухгалтерии получил».