Сидит, значит, прапорщик Скотт Бессент в своём кабинете, весь из себя важный, как жопа президента. Думает, как бы Китай от российской нефти отвадить. Звонит китайскому коллеге:
— Вэй! Товарищ Ван! Слушай сюда. Бросай ты эту нефтянку из Рашки и Ирана. Нехорошо это. Не по-партнёрски.
А из трубки доносится хруст печенек и спокойный голос:
— Скотт, друг. Мы тут в БРИКС собрались, как мужики в гараже: у одного ключи от склада, у второго — сам склад, у третьего — охрана с автоматами. А ты стоишь за забором и кричишь: «Ребят, а давайте без водки!». Понимаешь абсурд?
Прапорщик Скотт помолчал, почесал репу:
— Ну, я тогда санкции введу!
— На кого? — спрашивает Ван. — На того, у кого ключи? Так он на все твои санкции насрал уже два года назад. На того, у кого склад? Так он у него в долгу как в шелку. Или на меня, на того, кто всё это покупает? Так, браток, без моих шмоток у тебя жопа треснет.
Тишина в трубке. Только слышно, как прапорщик тяжело дышит. Потом выдаёт:
— Короче, вы все додики!
— Нет, — вздыхает Ван. — Это ты один стоишь с совковой лопатой перед танком. И кричишь, что он не туда едет.