Вот, граждане, жизнь. Раньше поколенческий конфликт был понятен. Отец не понимает сына. Сын не слушает отца. Классика. Ты ему — «Битлз», он тебе — что-то там своё, с гитарой. Ты ему — «не бухай», он тебе — «отстань, я взрослый». Всё на своих территориях. Кухня, комната, гараж.

А теперь, товарищи, территория виртуальная. Интернет. Казалось бы, пространство общее. Ан нет! Оказалось, что у каждого поколения — своя резервация. Свои заповедные угодья. И вот молодёжь, зумеры, как их... Решили пошутить. «А давайте, — говорят, — зайдём в «Одноклассники». Посмотрим, как там динозавры цифровой эпохи обитают. Поставим лайки под фото с котлетами, напишем «ого, классно выглядите!» под снимком 1987 года».

Шутка. Обычная шутка человека, который тычет палкой в муравейник, чтобы посмотреть, что будет.

А будет вот что. Местные обитатели, они же — аборигены платформы, не оценили. Для них это не шутка. Для них это — вторжение. Нарушение границ. Они там десятилетиями выстраивали свой уклад! У них свои ритуалы: «привет из солнечной Ялты», «передайте привет вашей маме», «поставьте класс, чтобы узнать, кто вас любит». У них своя экономика: сбор урожая с огорода, обмен рецептами салатов на 8 Марта. У них своя эстетика: розовые фоны, анимированные букеты, песни из «Бригады».

И тут врывается это... молодое племя. С мемами вместо слов. С иронией вместо искренности. С «кринжом» вместо уважения. Они как марсиане! Прилетели, всё фотографируют, тычут пальцами, хохочут между собой на своём языке.

И местные жители поднимают восстание. Не с кнопкой «жалоба», нет. Они действуют по-старинке, по-человечески. Начинают отвечать. Серьёзно. В духе: «Молодой человек, а ваша мама знает, что вы так разговариваете?» Или: «Спасибо за лайк, дорогой! А ты чей сынок? Извини, очки забыла, не узнаю». Они заваливают пришельцев вопросами о личной жизни, приглашают в гости на пироги, интересуются, не женились ли они ещё.

И шутка, товарищи, вышла из-под контроля. Потому что оказалось, что вторглись-то не они к нам. Это мы, со своим цинизмом и смехом, вторглись в их искренний, простой, немного наивный мир. И этот мир нас не отвергает. Он нас... усыновляет.