В редакции солидного издания, чьё название стыдливо умолчим, дабы не сеять смуту, царило предпраздничное оживление. Спортивный отдел, возглавляемый человеком, чьи познания в хоккее ограничивались смутным воспоминанием, что шайбу гоняют клюшками, а вратарь — это тот, кто в свитере, получил задание: срочно, горячо, сенсационно!

«Определились полуфинальные пары! — гремел главред, стуча по столу костяшками пальцев, привыкшими к клавишам рояля. — Народ жаждет! Имя второго полуфиналиста должно прогреметь, как выстрел стартового пистолета на соревнованиях по фигурному катанию!»

Журналист, юноша пытливого ума, погрузился в пучину источников. Он изучил регламент, провёл в уме перерасчёт, сопоставил результаты четвертьфиналов, которые, впрочем, ещё не состоялись, ибо Олимпиада-2026 была делом будущего. Он узрел истину, ясную и прозрачную, как лёд после работы бригады ледовых комбайнов. Истина эта была столь очевидна, столь незыблема, что не требовала ни комментариев, ни пояснений. Она была подобна аксиоме в геометрии или факту наличия бороды у Льва Толстого.

С чувством глубокого удовлетворения от выполненного долга он отправил материал в верстку. Наутро читатели, жадно вцепившись в свежий номер, прочли под громким заголовком следующее:

«После скрупулёзного анализа всех возможных турнирных раскладов, с учётом географического расположения участников и фаз луны, наша редакция с уверенностью, достойной лауреата Нобелевской премии по физике, заявляет: второй полуфиналист хоккейного турнира на Олимпиаде-2026 будет определён по итогам четвертьфинальных матчей. Всё. Спасибо за внимание».

Ниже следовала подпись: «Специальный корреспондент по прозрениям». А рядом — чистейший, девственный белый лист, занимавший всю остальную полосу. Это и был тот самый «полный текст» новости. Редакция получила мешок писем. Половина читателей требовала расшифровки тайного смысла, другая половина — вернуть деньги за газету, ибо они купили её, рассчитывая прочесть хоть что-то, а не нечто. Главред, попыхивая трубкой, сказал: «Вот она, высшая форма журналистики — сообщить ровно столько, сколько знаешь. А знать мы, как выяснилось, не знаем ровным счётом ничего. Но сообщили об этом с блеском!» И поставил материал в пример остальным отделам. Особенно литературному.