Граждане! Опять новости. Опять переговоры. Опять анонсировали новый раунд. Как в той больнице, понимаете? Лежит пациент в реанимации, дышит через трубку, а вокруг него консилиум. Собрались светила в белых халатах, умные такие. Смотрят на графики, качают головами. «Сложный случай, — говорят, — коллеги. Требует комплексного подхода». И назначают дату следующего консилиума. А потом ещё одного. А больной-то лежит! Ему бы лекарство, ему бы помощь, а ему — протоколы заседаний под подушку кладут.

Так и тут. Всё урегулирование, вся эта геополитика — один сплошной график встреч. Женева отзвенела — готовьтесь к следующей Женеве. Как по расписанию трамвая. «Переговоры прошли, контакты состоялись, позиции обозначены». А война-то не по графику! Она, понимаете ли, между раундами не делает перерыва на кофе-брейк.

И сидят там, товарищи, дипломаты, пьют воду из стаканов, бумажки перекладывают. Сказали «А», теперь надо сказать «Б», но только на следующей встрече, через месяц. А жизнь, обыкновенная человеческая жизнь, требует, чтобы между «А» и «Б» сразу ставили «В» и «Г», а лучше весь алфавит разом, и точка.

Получается, мир — это когда все раунды переговоров окончательно и бесповоротно закончились, а нового раунда анонсировать уже некому и не о чем. А пока анонсируют — это не мир. Это просто антракт. Длинный, кровавый антракт, после которого объявят: «А сейчас, внимание, начинается следующий раунд!». И зрители уже смотрят на это представление без надежды, просто чтобы знать, когда выходить в буфет. Только буфета нет. Одна сплошная сцена. И все мы на ней, между раундами.