Опубликовали, понимаете, результаты сравнительного исследования препаратов на основе тирзепатида. Нашего, отечественного, «Тирзетты», и их, заокеанского, «Мунджаро». Собрали комиссию из учёных мужей, таких серьёзных, в очках, с выражениями лиц, как будто они не лекарственный состав изучают, а расшифровывают послание внеземных цивилизаций, написанное на языке, где все глаголы — исключительно в пассивном залоге.

И выяснилась потрясающая вещь! Оказывается, наш препарат — чище. Не в смысле помыслов, хотя и это не исключено, а в смысле химического состава. Уровень примесей — в 4,2 раза ниже! Это вам не суп-пюре из общепита, где посторонний предмет считается белковой добавкой. Это — кристальная чистота. Как слеза комсомолки шестидесятых годов или совесть новорусца девяностых. То есть в теории она должна быть, но обнаружить её — научный подвиг.

А их «Мунджаро»... Там, простите за техническую терминологию, всякой дряни — как в программе федерального канала после девяти вечера. И фенол, и бензиловый спирт — прямо-таки литературный кружок вредных веществ. Сидят, наверное, в ампуле, читают друг другу мрачные стихи про разложение и печень.

И самое пикантное — наша «Тирзетта» ещё и в одноразовом автоинжекторе! Штуковина, которая изолирует раствор от внешней среды лучше, чем среднестатистический интеллигент от политической реальности. Полная стерильность. Ни одна посторонняя молекула не просочится. А у них — старый добрый флакон, в который, чего доброго, ещё прадедушка нынешнего пациента капли для сердца капал. Традиция, однако.

В общем, картина вырисовывается сюрреалистическая. Мы, которые по всем стереотипам должны были слепить нечто на коленке из подручных материалов, с примесью борщевой заправки и мечты о светлом будущем, — мы сделали этакий фармацевтический «Мерседес». А они, апологеты высоких технологий, — подсунули миру лекарство с атмосферой провинциального химического заводика образца позапрошлого века.

Сижу, думаю. Может, это и есть тот самый русский космизм? Не в ракетах, а в молекулах. Очистить вещество от скверны, упаковать в технологичный саркофаг и предложить человечеству не просто средство от ожирения, а этакую идеальную субстанцию, на фоне которой западный аналог выглядит как потрёпанный жизнью делец на курорте. Эффект-то одинаковый, но после нашего — и душа чище, и печень целее.