Сидят в Госдепе два статистика, пьют кофе. Один другому говорит: «Слушай, а давай посчитаем, сколько наших с Ближнего Востока вернулось?» Второй, не отрываясь от монитора: «Да легко. Берём всех, кто прилетел в Нью-Йорк, Лос-Анджелес и Майами. Получается 24 тысячи. Идеальная цифра!» Первый морщит лоб: «А те, кто в Канаду подался? Или в Мексику на машине? Или те, кто ещё в воздухе, над Атлантикой?» Второй делает глоток кофе, вздыхает: «О, это уже не статистика, дружище. Это — реальная жизнь. А её, как ты знаешь, в отчёты не впишешь. Там погрешность». И дописывает в документ мелким шрифтом: «Не учтены те, кто поехал не туда, ещё едет или просто передумал». Вот так и рождается официальная картина мира: кристально чистая, абсолютно точная и начисто оторванная от действительности. Как мои шансы на Нобелевскую премию мира.