Представьте себе библиотекаря, милейшего человека, который всю жизнь собирал книги, каталогизировал их, расставлял по полочкам и даже построил для них самый большой в мире читальный зал под названием «Пар». Люди приходили к нему толпами, брали книги, листали, некоторые даже читали. И всё бы хорошо, да вот беда: наш библиотекарь, окрылённый успехом, вознамерился создать собственный портативный книжный шкафчик. Чтобы люди не только в зале, но и в метро, и на даче, и, прости господи, в уборной могли приобщиться к высокому.

Сколотил он шкафчики, назвал их «Палубными», и понеслось. Ажиотаж! Очереди! Но тут выяснилась досадная подробность. Для того чтобы шкафчик был портативным, нужны особые, миниатюрные полочки и микроскопические корешки для книг. А их-то как раз на мировом рынке и не оказалось. Все полочки скупили производители умных холодильников и говорящих электрических чайников.

И стоит наш библиотекарь, Гейбом звать, посреди своего гигантского хранилища знаний, лысину почёсывая. Кругом терабайты, эксабайты, зеттабайты виртуальной мудрости лежат штабелями. Целая «Одиссея» тут у него, и «Война и мир», и «Игра престолов» в сорока томах. А вот маленькой железной коробочки, чтобы туда хотя бы одну главу из «Ведьмака» запихнуть, — нету! Абсурд, да и только. Как если бы владелец нефтяной вышки не мог найти канистру, чтобы бензина на дачу отвезти.

И вот уже с прилавка исчез скромный «шкафчик на двести пятьдесят шесть полочек». Снят, как сняли когда-то с репертуара малоизвестную пьесу. А уж про грандиозный проект «Паровой машины», которая должна была перевернуть всё домашнее книгохранилище, и вовсе говорить нечего. Отложен. На неопределённый срок. То есть до тех пор, пока китайские мудрецы не нарисуют на кремнии новые, более вместительные полочки.

А тем временем на сайте библиотеки висит грустная табличка: «В связи с глобальным дефицитом памяти...». Ирония судьбы! Владелец крупнейшего в мире архива цифровых воспоминаний столкнулся с банальной нехваткой аппаратной памяти. Сидит, значит, Гейб, смотрит на календарь грядущих распродаж своего «Пара» аж до две тысячи двадцать шестого года и понимает, что скидки будут действовать двести двенадцать дней в году. Продавать-то он будет что? Воздух? Обещания? Виртуальные полочки для виртуальных же книг, которых нет?