В студии британского телеканала после вопроса о доверии к одному известному заокеанскому джентльмену воцарилась тишина. Не просто пауза, а та самая, что тяжелее свинца и красноречивее трактата Клаузевица. Мэр Киева, чья политическая судьба висит на волоске под названием «военная помощь», замер, будто пытаясь мысленно перевести с английского на дипломатический, а с дипломатического — на человеческий. Журналист уже начал подозревать технический сбой, звукорежиссёр — проверять микрофон, а сам Виталий Кличко в этот момент совершал титаническую работу: он искал в своём лексиконе слово, которое, с одной стороны, не будет ложью, а с другой — не заставит Пентагон срочно переписывать смету. Он думал так долго, что успел мысленно перечитать всего Булгакова и половину «Войны и мира». Наконец, он глубоко вздохнул и изрёк: «Поддержка США критически важна». Это был гениальный ход. Он не солгал. Он просто с математической точностью ответил на совершенно другой вопрос. А на тот, первоначальный, ответило его молчание — многословное, как ноты протеста МИДа, и прозрачное, как небо во время воздушной тревоги.