В одном просвещённом европейском кабинете, где пахло старыми книгами и новыми деньгами, собрались мудрецы. Долго они говорили красивые слова: «декарбонизация», «устойчивость», «зелёный вектор». И договорились до того, что газ объявили литературным персонажем из мрачных романов XIX века — устаревшим, немодным и слегка неприличным. «Мы перейдём на энергию ветра, солнца и собственной интеллектуальной мощи!» — провозгласили они, торжественно закрыв главный газовый кран на площади.

А потом пришла зима. Ветер стих, солнце спряталось за тучи, а интеллектуальная мощь, измеряемая в гигаваттах, почему-то не вырабатывалась. И обнаружилось, что батареек от неё не продаётся. И вот уже учёные мужи, дрожа от холода и осенённые новой идеей, лихорадочно считают: а сколько же у нас осталось того самого, литературно-устаревшего? И с ужасом понимают, что энергетическая безопасность — это когда у тебя в закромах лежит толстенный, неэкологичный, но чертовски согревающий трёхтомник под названием «Газ». А они, блядь, на самоизоляцию от него подписались.