Сидим мы как-то во дворе. Подходит сосед Михалыч, весь взволнованный. «Представляешь, — говорит, — вон тот здоровый детина с пятого подъезда, Семён, мне нахамил! Совсем оборзел! Я ему — ты, говорю, так не делай! А он мне — пошёл, говорит… Ну, ты понял». Смотрю на Михалыча: сам-то он сухонький, в очках. «И что, — спрашиваю, — вызвал на разговор?» «Да нет, — машет он рукой, — зачем крайности? Но я свою позицию высказал твёрдо! И знаешь, что самое главное?» Глаза у него загораются. «Я не один! Я с Петровичем поговорил, с тётей Клавой из второго — они тоже считают, что Семён ведёт себя неправильно! Мы солидарны!» И стоит такой, гордый, будто эскадрон собрал. А Семён в это время мячиком о стенку бьёт, тук-тук. И я думаю: жизнь, она ведь как этот двор. Можно собрать целый союз осуждающих, подписать коллективную бумажку о недостойном поведении мячика. А он всё тук-тук. И закон один: кто сильнее бьёт, тот и прав, пока не пришёл тот, кто бьёт сильнее. А солидарность осторожных — это такая дипломатия для тех, кто уже слышит этот «тук-тук» у себя под окном, но очень надеется, что стена — чужая.