Сидят как-то два китайских чиновника на Хайнане, рисуют стратегию глобализации. Один другому и говорит:
— Вань, надо активизировать международные связи. Чтобы весь мир к нам ехал, деньги оставлял, технологии передавал.
— Логично, — отвечает Вань. — А с чего начнём?
— Сперва от всего остального Китая отгородимся. Высоким забором, КПП, особым таможенным режимом. Чтобы наш брат-ханьянец просто так к нам не зашёл.
Вань чешет репу:
— А... а как же «одна страна — две системы»? Мы ж вроде не Гонконг.
— Да хуй с ним, с Гонконгом! — машет рукой первый. — Мы тут свою систему сделаем! Будем как отдельная страна для иностранцев. А для своих — как родной, но платный, мать его, курорт. Чтобы немец приехал — ему «хэллоу, файн фриден!», а нашему дяде Ване из Харбина — «предъяви пропуск, додик, и таможенную декларацию на твою бутылку водки». Вот это я понимаю, открытость миру!
Вань вздыхает:
— Ну, если по-семейному... У меня тёща в Шанхае живёт. Так ей можно будет вообще въезд запретить?
— Обязательно! — радостно говорит первый. — Это и есть высшая форма международной интеграции. Сначала от семьи отгородиться высокой стеной, а потом со всем миром обниматься. Всё по фэн-шую, блядь.