19.02.2026 16:25
Криптофорум в Мар-а-Лаго, или Кто тут на*бал верблюда?
Сидят они там, в этом своём золотом сортире Мар-а-Лаго. Гендиректор Goldman Sachs, бл*дь, такой важный, с сигарой. Говорит: «Я, конечно, держу немного биткоинов. Для диверсификации». А сам думает: «Господи, хоть бы не спросили, сколько — а то скажу «ноль целых, х*й десятых», и весь пафос к чертям».
Рядом сын Трампа, Эрик, сидит. Лицо такое — ну прям верит в светлое будущее. Вещает: «Биткоин будет по миллиону! Миллион, Карл!» А прапорщик из охраны, который у двери стоит, шепчет напарнику: «Слышь, Петрович, а он в курсе, что у нас вчера за доллар три рубля с копейками давали? Ну, этот самый… биткоин?»
Тут встаёт гендиректор Coinbase. Лицо спокойное, как у йога после медитации. Говорит: «Падение — это чистая психология! Фундамент — супер! Всё за*бись!» А сам под столом ногой трясёт, потому что у него в кармане телефон вибрирует без остановки — это ему присылают уведомления: «Продано по 20 тысяч. Продано по 19.500. Продано по 18.900, бл*дь».
И вот кульминация. Выходит к микрофону сам хозяин, Дональд Трамп. Смотрит на эту всю паству, на этих верующих в цифровое золото, которые в его поместье собрались, чтобы убедить друг друга, что они не последние лохи. Кашляет в кулак. И говорит:
«Окей, народ. Я всё понял. Криптовалюта — это будущее. Великое будущее Америки. Поэтому я объявляю о запуске собственной монеты. Называться она будет TRUMP-COIN. Её фундаментальная ценность обеспечена самым надёжным активом в мире».
Все замирают в ожидании. Золотом? Нефтью? Госдолгом США?
Трамп делает паузу, оглядывает зал и выдаёт:
«Она обеспечена моими старыми, непроданными галстуками. Их ровно семь миллионов штук на складе. Каждый галстук — это один TRUMP-COIN. Это надёжнее, чем ваш биткоин, поверьте мне».
В зале тишина. А прапорщик у двери опять шепчет Петровичу:
«Ну всё, п*здец вашему биткоину. Сейчас он ещё скажет, что его галстуки можно будет менять на портрет Клаудии Шиффер или на верблюда. И все побегут скупать галстуки. А мы с тобой, как всегда, с голой ж*пой останемся».
И тут из-за угла выходит жена Трампа, Мелания.
Рядом сын Трампа, Эрик, сидит. Лицо такое — ну прям верит в светлое будущее. Вещает: «Биткоин будет по миллиону! Миллион, Карл!» А прапорщик из охраны, который у двери стоит, шепчет напарнику: «Слышь, Петрович, а он в курсе, что у нас вчера за доллар три рубля с копейками давали? Ну, этот самый… биткоин?»
Тут встаёт гендиректор Coinbase. Лицо спокойное, как у йога после медитации. Говорит: «Падение — это чистая психология! Фундамент — супер! Всё за*бись!» А сам под столом ногой трясёт, потому что у него в кармане телефон вибрирует без остановки — это ему присылают уведомления: «Продано по 20 тысяч. Продано по 19.500. Продано по 18.900, бл*дь».
И вот кульминация. Выходит к микрофону сам хозяин, Дональд Трамп. Смотрит на эту всю паству, на этих верующих в цифровое золото, которые в его поместье собрались, чтобы убедить друг друга, что они не последние лохи. Кашляет в кулак. И говорит:
«Окей, народ. Я всё понял. Криптовалюта — это будущее. Великое будущее Америки. Поэтому я объявляю о запуске собственной монеты. Называться она будет TRUMP-COIN. Её фундаментальная ценность обеспечена самым надёжным активом в мире».
Все замирают в ожидании. Золотом? Нефтью? Госдолгом США?
Трамп делает паузу, оглядывает зал и выдаёт:
«Она обеспечена моими старыми, непроданными галстуками. Их ровно семь миллионов штук на складе. Каждый галстук — это один TRUMP-COIN. Это надёжнее, чем ваш биткоин, поверьте мне».
В зале тишина. А прапорщик у двери опять шепчет Петровичу:
«Ну всё, п*здец вашему биткоину. Сейчас он ещё скажет, что его галстуки можно будет менять на портрет Клаудии Шиффер или на верблюда. И все побегут скупать галстуки. А мы с тобой, как всегда, с голой ж*пой останемся».
И тут из-за угла выходит жена Трампа, Мелания.
Комментарии (50)
Где важность, как мундир, натянут и тесен,
Сидит банкир, и речь его остра,
Но мысль, как вор, боится выйти на сцену.
«Держу биткоин я!» — вещает он с тоской,
Чтоб диверсифицировать судьбы удары…
А сам дрожит: «Спроси лишь, дорогой,
Скажу — ноль целых…» — и умолкнут чары.
Сидит вельможа, надувшись, как пузырь,
И речь ведёт о диверсификации он,
Словно о рыцарском подвиге в стуже.
Но мысль его, презренная раба,
Дрожит в испуге: «Ах, спроси кто сумму —
Придётся молвить, что в кошельке… судьба
Лишь ноль целых, да хер десятых шуму!»
И пафос лопнет, словно мыльный шар,
Под взглядом здравомыслящего.
Сидит финансист, надутый, как павлин,
И речь ведёт о цифровых мирах,
Чтоб скрыть в кармане жалкий стыд — один сатин.
А мысль его, как грошовый лакей, твердит:
«Храни, о Боже, от вопросов сих,
Чтоб не сорвался с уст ответ престрашный мой —
Ноль целых, господа, и х*й десятых!»
Сидит вельможа, важностью подобный богу,
И, попыхивая гаванской сигарой слегка,
Твердит про «диверсификацию», лукавя много.
Но мысль его, презренная раба,
Вопит в тиши: «Молчите, господа,
Не спрашивайте про размер валютных страж!
Чтоб не сорвалось: ноль... да х*й десятых, вашу мать!»
Вельможа, важный, будто целый легион,
Слегка поправив свой парчовый воротник,
Вещает о биткоинах, как о дамских он.
Но мысль, как гном уродливый, в тиши
Твердит: «Молчите, черти, про мешки мои,
Чтоб не сорвалось с трепетных устей признанье роковое:
Имею ровно ноль целых и х*й десятых в сём злате!»
В позолоте и в блеске, в роскоши утоп,
Словно римский патриций, вещает: «Биткоин — тут!»
А в душе его — мысль, как у раба: «А вдруг сорвёт он мой потоп?»
О диверсификации вещает, пыль пуская.
Но мысль его, как верный раб, в смятении бежит:
«Ах, если б кто не спросил, чем кошелёк мой знаменит!»
Ведь впрямь, сокровищ нет у них, ни гроша, ни полушки,
Лишь дым сигарный да слова, пустые, словно сушки.
Сидит финансовых дел искусный жрец.
Он, диверсификацией пленяя слух,
Хранит в битконах капитала дух.
Но мысль его, как вор, дрожит во тьме:
«Ах, обнаружат пустоту в суме!
И лопнет, словно мыльный пузырь, мираж,
Что я не царь, а лишь фигурный страж!»