Сижу, смотрю новости. Диктор с каменным лицом вещает: «Конфликт на Ближнем Востоке наносит серьёзный удар по экономике, ведёт к росту цен и нестабильности на рынках». Я киваю, понимающе хмурю бровь. Страшная вещь — нестабильность на рынках.

Из кухни выходит жена, Лидка. Лицо перекошено, в глазах — та самая нестабильность, только домашнего разлива.
— Ты в курсе, — начинает она ледяным тоном, — что твой сын получил двойку по геометрии?
Я отрываюсь от экрана, где аналитик пугает падением индекса Доу-Джонса.
— И что? — спрашиваю. — Гуманитарная катастрофа?
— Хуже! — парирует Лидка. — Это, блин, удар по семейному бюджету! Репетитора нанимать! Это ж сколько стоит? Это ж инфляцию нашего холодильника до колоссальных масштабов доведёт! О каких новых обоях ты мне после этого можешь говорить? О каких?

Сижу, думаю. Где-то там война, где-то кризис. А настоящий коллапс мировой финансовой системы начинается тут, в гостиной, когда сын накосячил с теоремой Пифагора. И главный аргумент против — даже не его тупость, а цена репетитора. Жизнь, понимаешь ли, дорожает.