Сидит человек на трибуне. Важный. Представитель. Говорит ровно, чётко, как будто отчитывается о выполнении квартального плана по озеленению. "Товарищи! За отчётный период достигнуты следующие показатели. Повреждено более двадцати объектов детской образовательной инфраструктуры. То бишь, школ. Кроме того, выведено из строя тринадцать учреждений медицинского профиля".

Сидит, смотрит в бумажку. Ждёт, видимо, аплодисментов. Или хотя бы одобрительного кивка. Мол, хорошо поработали, молодцы, план перевыполнили.

А зал молчит. Потому что в голове не укладывается. Надо же так жизнь устроить, чтобы разрушенная больница звучала как "успешно освоены средства"! Как будто не людей под развалинами, а старые нормы списали. И смотришь на этого гражданина и думаешь: он-то понимает, что говорит? Или уже нет разницы? Отчитался — и свободен. Главное — цифры доложить. А то, что за цифрами — детский плач и тишина в операционных... Это, видимо, уже следующий пункт повестки. Невыполнимый.