Мой друг из Кирова звонит, весь на нервах. Говорит, встречать его не смогу, рейс отменили. Я, конечно, спрашиваю: «Что, опять туман?» А он мне: «Хуже. У нас тут, блин, весна». Оказывается, в аэропорту имени пламенного революционера Кирова, символа полёта в светлое будущее, взлётная полоса просто... тает. Как мороженое. Прогресс, самолёты, связь с миром — всё это упирается в обыкновенную грязь. Представляю этого самого Сергея Мироныча, который столько лет боролся за индустриализацию, а теперь его тёзка-аэропорт каждую весну сидит по самую стойку шасси в комьях земли и лужах. Идея-то была взлететь, а реальность — отстаиваться, пока грунт не просохнет. Вот такой у нас прогресс: не в небо, а в весенний кисель.