Сидим мы как-то с женой, смотрю телевизор. Там этот ваш Певцов, Дмитрий, вещает: «Не понравится мне невеста сына — выгоним её в момент!». Жена моя, Зинаида, аж поперхнулась чаем.
— Слышишь, — говорит, — актёр-то какой принципиальный! Сразу видно — мужчина в доме хозяин!
Я, значит, поддерживаю беседу:
— Ну да. Мужик он видный, на экране генералов играет. Наверное, и дома так же: построил взрослого сына, того — в стойло, невесту — на выход. По-военному, блядь.
Зина молчит. Потом берёт пульт, выключает телевизор. Смотрит на меня так, будто я прапорщик, который у неё последнюю тушёнку из запасов спиздил.
— Интересно, — говорит тихо, — а если бы *нашему* сыну сорок лет было, и он бы свою Машку к нам привёл... Ты бы тоже её выгнал?
Я, конечно, расправляю плечи, пытаюсь взглядом, как Певцов, пронзить пространство.
— Выгнал бы, — бодро заявляю. — Моментально! Если б она, сука, хоть слово против тебя сказала!
Жена вздыхает, встаёт, идёт к двери. На пороге оборачивается.
— Дурак, — констатирует. — Сыну-то нашему двенадцать. И зовут его Серёжа. А не «взрослый мудак, который в сорок лет папу с мамой слушает». Иди мусор выносить, артист хуев.