На параде закрытия Олимпиады, где наши атлеты, лишённые флага и гимна, должны были пройти под неким абстрактным стягом, произошёл казус тонкого, интеллектуального свойства. Шествие задержалось. В кулуарах арены наш капитан, философски настроенный метатель молота, вступил в дискуссию с протокольным офицером МОК.
— Позвольте уточнить, — вежливо, но настойчиво вопрошал спортсмен, тыча пальцем в синий прямоугольник с пятью колечками на древке. — Это символ единства? Или всё-таки фирменный знак организации, предоставляющей услуги по проведению игр? Мы проходим в качестве участников или в качестве… гостей, использующих инфраструктуру?
Офицер, бледнея, листал устав.
— Это… флаг олимпийского движения!
— Движения куда? — не унимался метатель. — Вперёд? По кругу? Или, извините, в известном направлении? Без чёткого вектора — это не движение, а топтание на месте. Мы что, топчемся?
В итоге наши прошли. Но не под флагом. А следом за ним, на почтительной дистанции в полтора метра, демонстративно неся в руках распечатанные и вопросительно поднятые над головой правила МОК, пункт 4.7, где всё это и было написано мелким, убористым, абсурдным шрифтом.