Стою я, значит, на выезде из Евросоюза. Только-только отдышался после нашей таможни, где полчаса доказывал, что десять тысяч долларов — это не «чуть больше десяти», а ровно десять, и что жена — не контрабандистка, а просто любит шопинг. Открываю новости для успокоения, а там: «Россиянам напоминают: сумма в десять тысяч евро подлежит декларированию при выезде из ЕС».

Я стою, смотрю на эту строчку, потом на свой чемодан, где лежит ровно девять тысяч девятьсот девяносто девять евро и мелочь на сувенирный магнит. И чувствую себя полным идиотом. Потому что я-то уже отчитался! Дома! А они мне тут — новую ведомость под нос суют. Будто я не из страны выезжаю, а из одного кабинета бухгалтерии в другой перехожу. И везде я виноват. Везде должен. Даже когда ничего не должен. Подхожу к офицеру, протягиваю декларацию и говорю: «Извините, а можно мне один евро в долг? А то, блин, опять мимо кассы проскочить могу».