Сидим мы с подругой Ленкой, делим последнюю конфету «Белочка» и смотрим новости. Там наш Лавров с коллегой из Бахрейна с каменными лицами вещают о неприемлемости атак на гражданских. Ленка аж поперхнулась.
— Постой, — говорит, — а это не тот самый Бахрейн, где уже который месяц протесты и силовики народ душат?
— Тот самый, — киваю я, доедая орешек.
— А наш-то, — Ленка на экран показывает, — это который в Сирии «гуманитарные коридоры» открывал, а потом жилой квартал по ошибке накрыл?
— Он самый, родной.
Помолчали. На экране мужчины в дорогих костюмах, с лицами, как у бульдогов, попавших в сливки, продолжали клеймить варварство.
— Понимаешь, — вздохнула Ленка, — вот это и есть высший пилотаж. Это как если бы я читала лекцию о вреде измен, пока у меня в трусах смс от любовника горит. Главное — искренне. И в дорогом костюме.