Ну вот, коллеги, собрала нас HR-щица с лицом, как у теста для пиццы «Четыре сыра» — бледным и растянутым. Объясняет, что в связи с увольнением управляющей и стрессом у собаки-блогера компания, такая добрая, выделила деньги на психологов для персонала. Сидим мы, пятнадцать человек, в подсобке, пахнет дрожжами и тщетностью. Оля из заготовки ревет: «Мне за смену три истеричных клиента про Боню выговорили, а я им про соус!» Саня-курьер мрачно бубнит: «Я теперь каждую бродячую собаку в районе вижу и начинаю ей мысленно авансовый отчёт составлять». А психолог, милая девушка, спрашивает: «Что вы чувствуете?» А мы чувствуем, что нам бы премию за работу в эпицентре зооскандала, а не сеансы арт-терапии, где мы будем лепить из пластилина свою боль в виде пепперони. Но главный абсурд не в этом. Главный абсурд в том, что после всего этого совещания нам всем пришлось срочно раскатывать тесто для «Пепперони с грустью». Потому что обеденный поток никто не отменял, а пицца, в отличие от нашей психики, ждать не будет.