Сидим с другом, смотрим новости. Там наш президент, с таким серьёзным лицом, вещает с высокой трибуны: «Работа Национального антитеррористического комитета в нынешних условиях имеет ОСОБОЕ значение!». Голос бархатный, взгляд проникновенный.

Я говорю своему приятелю: «Слышишь? Особое!». А он хмыкает, откладывает бутерброд: «Ну да, особое. Я, например, до этого момента был на сто процентов уверен, что борьба с терроризмом — это так, хобби второстепенное. Ну, типа, собрались дяди в комитете, чайку попили, постреляли в тире для галочки и разошлись. А оказывается — нет! У них, блин, ОСОБОЕ значение! Вот это открытие! Теперь-то я сплю спокойно».

Помолчали. Потом он добавляет: «Интересно, а у кого, по его мнению, значение «обычное»? У МЧС? У скорой? Или вот сантехник из ЖЭКа — у него какое? Простое, без особого?». Мы сидим, думаем. А по телевизору уже про урожай зерновых говорят. Тоже, наверное, особый.