Прихожу домой, а жена смотрит на меня таким траурным взглядом, будто я уже в гробу лежу. Молча суёт в руки телефон. Читаю: «Дорогой! С глубоким прискорбием узнала о твоей гибели на корпоративном тимбилдинге. Выражаю искренние соболезнования самой себе. Ты всегда был… ну, в общем, был. Посуду за тебя, конечно, помыть некому теперь. Целую. Твоя вдова».

Я, естественно, в ступоре: «Любимая, я же живой! Кто тебе эту дичь написал?»

Она вздыхает, снимает очки: «Я сама. У нас в отделе циркуляр — на любую форс-мажорную ситуацию мгновенно реагировать шаблонным письмом. Я сегодня с утра три таких на работе настучала. А тут ты задержался на час… Ну, я и запустила процесс. Автоматизм, понимаешь?»

«И что, проверить, жив ли адресат, — это не по инструкции?»

«Не предусмотрено, — качает головой супруга. — Только реакция. А факты — это потом, в рабочем порядке. Давай ужинать, покойник».