Сижу я на приёме у онколога, друга семьи, мужика с сорокалетним стажем. Он мне, весь такой светлый от научной мысли, рассказывает: «Представляешь, Андрей, персонализированная вакцина от меланомы! Два месяца работы лучших умов, расшифровка генома, биотехнологии… Это же прорыв!» Я слушаю, киваю, горжусь человечеством. А потом у меня в голове, как чёртик из табакерки, выскакивает картинка: 1881 год, какой-то дядя в пыльном цеху смотрит на табачные листья, на бумагу, чешет репу и думает: «А что, если скрутить это вот так, поджечь с одного конца, а с другого – в рот? И чтобы кашель был, и чтобы пахло. И чтобы продавалось на каждом углу. Бинго!» И ведь придумал же, сволочь. Гении бьются десятилетиями, чтобы жизнь спасти. А чтобы её незаметно укоротить – хватило одного вечернего озарения.