Вчера сижу, пытаюсь собрать шкаф из Икеи. У меня уже третья деталь «Форсниг» куда-то запропастилась, жена орёт, что я безрукий, а из телевизора доносится спокойный, бархатный баритон: «Остановка судоходства в Ормузском проливе может привести к дисбалансу на мировом рынке».

И я такой, с шуруповёртом в одной руке и криво торчащей дверцей в другой, замираю. Серьёзно? Мы? Страна, у которой половина импорта идёт через «левые» каналы из Казахстана, а экспорт — это какая-то контрабанда красной икры в чемоданах с двойным дном… Мы переживаем за ДИСБАЛАНС? На МИРОВОМ рынке?

Это как если бы я, с этим уродцем-шкафом, который шатается, если на него посмотреть, позвонил соседу и сказал: «Слушай, Василий, я тут вижу, у тебя полка в гараже криво висит. Это, знаешь ли, может нарушить архитектурную гармонию всего нашего микрорайона. Давай-ка подтяни болты, а то я беспокоюсь».

Жена смотрит на меня, видит, что я отвлёкся, и спрашивает: «Чё встал?» А я ей: «Дорогая, подожди. Тут глобальная проблема. Надо сопереживать». И продолжаю слушать, как человек с самым честным лицом в мире объясняет всем, как важно сохранять стабильность. А я просто хочу, чтобы мой шкаф не разъехался нахуй в разные стороны. Вот и весь мой баланс.