Сидим мы с соседом, граждане, на лавочке. Он мне и говорит, сокрушённо так: «Вот, понимаешь, пульт от телевизора сдох. Батарейки новые вставил — ноль. Стучать начал, дуть — молчит. Жена уже орёт, что сериал пропускает. Я взял этот пульт, посмотрел на него с тоской вселенской… и просто положил на тумбочку. Рядом с телевизором».

Я киваю: мол, бывает.

«И тут, — продолжает он, глаза круглые, — моя тёща, которая в кресле сидела, тихо так говорит: „Дай-ка сюда“. Берёт этот пульт, тычет им в сторону телевизора… и он, гад, включается! Канал переключает! Громкость прибавляет! Я, говорит, обомлел. Сижу, смотрю на неё. А она, не глядя на меня, бормочет себе под нос: „Колдун, не иначе“».

Я соседа спрашиваю: «Ну и?»
«А ничего, — разводит он руками. — Сижу теперь, думаю. С одной стороны, логично: она просто ближе к телевизору сидела, контакт восстановился. С другой стороны… Она же про меня это сказала. Значит, сама-то в колдовство не верит. Или верит, но в моё. В общем, с тех пор я в своей же квартире на цыпочках хожу. Вдруг и правда во мне что-то проснулось? А я и не знал. Страшно, товарищи. Неизведанная сила — она как пистолет в руках идиота. Можно ненароком жене на спортивный канал переключить. И всё. Конец светлой жизни».