Сидим с женой, обсуждаем семейный совет. Она выдвигает стратегическую инициативу: «Давай скинемся с твоими родителями на новую стиралку-сушилку. У них машинка древняя, а мы будем свои вещи возить к ним?»

Я, как президент собственного кухонного кабинета, хмурю брови: «Погоди. Я ещё не принял окончательного решения по участию в этой программе стирлитаризации».

«В чём проблема?» — спрашивает жена.

«Проблема в том, что главным бенефициаром станет твоя мама! — заявляю я, постукивая пальцем по столу. — Она будет экономить на воде и электричестве, а наша «армия» в лице меня будет таскать туда-сюда корзины с грязным бельём! Она на этом наживётся!»

Жена посмотрела на меня с тем сочувствием, с которым смотрят на человека, только что добровольно назначившего себя министром абсурда, и сказала: «Дорогой, пока ты тут строишь геополитику из носков, я уже всё купила. Твоя задача — доставить „гуманитарный груз“ родителям в субботу. Без обсуждений».

И я понял, что все мои сомнения разбились о железную логику домашнего альянса.