Панарин в Лос-Анджелесе тоскует. Не по родине, не по борщу. Он скучает по тому тёплому, почти родному чувству, когда видишь в налоговой декларации цифры, от которых не хочется плакать, а хочется просто тихо выть в подушку, как в детстве. А здесь даже грусть какая-то бездушная, калифорнийская.