Ну, сидит наш главный тренер Эйрик Мюр Носсум, весь такой в норвежском свитере, ему дают интервью. Журналистка, блондинка, улыбается: «Эйрик, каковы шансы Йоханнеса Клебо победить Большунова в Милане?»

Он аж весь вздрогнул. Глаза округлились. «Что вы! — шепчет. — Нельзя так! Не произносите это имя вслух! Вы что, хотите всё испортить?»

Журналистка, конечно, в ступоре: «Какое имя? Александр?»

«Шшшш! — делает он, прикладывая палец к губам. — Не называйте его «победителем» и «им» в одном предложении! Вы же навлекаете!» Потом начинает шептать что-то на древнескандинавском, стучит по деревянному столу три раза.

«Но... как тогда оценить перспективы?» — не унимается девушка.

Он хитро так прищурился. «Я могу вам показать», — говорит. Достаёт две солонки. Одну ставит, подписывает «K». Другую — ставит в метре, не подписывая, просто смотрит на неё с суеверным ужасом. Потом берёт первую солонку и начинает её медленно, с дикими усилиями, толкать по столу в сторону второй. Лицо красное, жилы на шее. Толкает, толкает... и за сантиметр до столкновения — резко отдергивает руку, закрывает глаза и бормочет: «О, нет-нет-нет, я даже думать об этом финале не буду! Фють-фють-фють!»

Журналистка сидит, блин, с блокнотом, а записать нечего. Только: «Тренер использовал солонки для невербального комментария, после чего заклинанием отогнал возможную неудачу». Вот и всё интервью.