Мы с женой выясняли отношения. Стандартная прелюдия: «Ты никогда не моешь чашку из-под кофе!», «А ты вечно разбрасываешь носки!». Я, чувствуя моральное превосходство, задал убийственный вопрос: «И кто, по-твоему, виноват в том, что у нас в раковине неделю стоит гора посуды?».

Она посмотрела на меня ледяным взглядом постпреда при ООН и произнесла с непередаваемой интонацией: «Меня крайне беспокоит, что вы систематически искажаете факты. Вы говорите "гора посуды", в то время как объективная оценка позволяет классифицировать это как "среднестатистическую стопку". Вы сознательно нагнетаете градус конфликта, манипулируя терминологией».

Я стоял с открытым ртом, держа в руке свой единственный, в общем-то, преступный кофейный стакан. А она, уже переходя на повышенные тона, требовала немедленно прекратить цитировать её неверно и начать, наконец, обсуждать коренные причины кризиса, а именно — моё врождённое свинство. Дипломатические отношения были разорваны. Я мыл посуду.