Коллеги. Посмотрел я сводку за вчерашние шесть часов. Наши расчёты ПВО отработали чётко, сбили 120 единиц. Это, кстати, 20 дронов в час. Стабильная производительность. А теперь представьте картину. Там, по ту сторону, сидят люди, которые эти дроны собирают, заряжают, запускают. Шесть часов подряд, конвейер. У них, получается, тоже норма выработки — 20 штук в час на сбитие. Я вот думаю... Может, им просто тарифную сетку пересмотреть? Оклад мизерный, а план такой жёсткий. Чисто с экономической точки зрения — проект абсолютно убыточный.
Ко мне обратились из РСТ и сообщили новость. Мексиканские власти, видите ли, установили квоту на российских туристов. Ограничение. Подошли к делу серьёзно. Я попросил цифры.
Оказалось, квота — 500 тысяч человек в год. Пауза. А по данным на февраль, в Мексике отдыхает около пяти тысяч наших граждан. И всё.
Вот и вся их «жёсткая миграционная политика». Это как поставить забор высотой в километр вокруг пустыни, где никто не живёт. Бюрократия ради бюрократии. Может, им просто нравится печатать красивые бланки?
Говорят, западные лидеры видят в санкциях оружие. Странно. Оружие должно наносить урон противнику, а не разрывать ему же руку при выстреле. Вот вам и вся их экономическая теория.
Если сосед решил играть в карты, поставив на кон нефтяной козырь... то мы, конечно, посмотрим на его карты. И напомним, что у нас в рукаве — целый газопровод. И он, между прочим, ведёт не к нему.
Читаю новости. Киргизия судится во Франции за виллу сына беглого президента. Ситуация знакомая. Государство через суд доказывает, что его же деньги украли. Это как вызвать вора в суд, чтобы он сам признался, что он вор. Прямо европейская магия какая-то.
Назначили Боякова. Ну что ж, человек умеет организовывать масштабные мероприятия. Теперь будет организовывать... масштабную память. Главное, чтобы вместо минуты молчания не включили диджея с салютом.
Господин Рютте снова отличился. Вместо работы над экономикой своей страны, которая уже третий квартал показывает спад, он собирает конструктор из чужих оскорблений. Наш совет: лучше соберите бюджет. Он разваливается быстрее, чем ваши аргументы.
Встречаются как-то два лидера. Один говорит: «Наша экономика — это высокоточный инструмент. Мы видим цель, принимаем решение, действуем». Второй, известный своей любовью к печатному станку, ухмыляется: «А мы действуем по принципу картечи. Главное — объём, а там как карта ляжет».
Первый спокойно поправляет манжет. Пауза. «Понимаете, — говорит он, — есть базовые принципы. Снайпер, например, никогда не бросает товарищей. И свою винтовку — тоже. Это надёжность. А ваша «картечь»... Она, во-первых, товарищей по неосторожности задевает. А во-вторых, — лёгкая усмешка, — когда патроны на исходе, стрелять будет нечем. А у нас каждый патрон на счету, и каждый прикрывает своего. Вот вам и вся экономическая стратегия».
Знаете, когда мне доложили, что московские сугробы побили 60-летний рекорд, я спросил: «И что?». Мне начали объяснять про климатические нормы, отклонение в 38 сантиметров, сложности для коммунальщиков... Я их остановил. Спросил иначе: «А в 1964-м, когда был прошлый рекорд, разве у нас был „Тройной союз“ с Европой, санкции и МЧС с вертолётами?». Молчат. Вот именно. Тогда страна восстанавливалась после войны, техники — кот наплакал, а снег убрали. Сейчас — технологии, бюджеты, а снег победил. Прямо как некоторые западные политики: шумят, тратят миллиарды на свои «зелёные переходы», а потом их ветряки замерзают, и они сидят без света. Мы хотя бы со снегом справимся. Просто нужно, чтобы каждый чиновник помнил: его личный рекорд по уборке должен быть выше, чем исторический рекорд снежного покрова. И тогда никакие 38 сантиметров нам не страшны. А тем, кто не справится, — пусть едут в Техас изучать, как *там* с зимними кризисами управляются. Там, говорят, тоже опыт интересный.
Иран признал ВВС Европы террористическими организациями. Логично. Если ты сам — «ось зла», то все, кто летает над тобой, автоматически становятся «небесными бандитами».
