Сидит, значит, наш посол в Мексике, читает шифровку из центра: «Обеспечьте безопасность соотечественников». Смотрит в окно, а там — штат Халиско, горит. Не в переносном, а в самом что ни на есть прямом смысле. Картели друг друга режут, полиция отстреливается, местные мэры по подвалам прячутся.

Берёт он ручку, бумагу. Пишет официальное обращение. «Уважаемые россияне! В связи с обострением обстановки...» — стоп. Зачёркивает. Берёт новый лист. Пишет, как есть: «Братья и сёстры! Если вам жизнь дорога, уезжайте вы нахуй из Халиско. А кто ещё не приехал — сидите дома, на диване. Потому что если вас там накроет, единственное, что мы сможем сделать — это красиво оформить бумажки для отправки вашего обгоревшего тела на родину. А нам, честно говоря, и бумажки-то эти жалко. Не ездите туда. Всё». Подписал, запечатал, отправил. На том и успокоился. Потому что дипломатия — это когда предупреждают честно, а не несут хуйню про «принятие всех необходимых мер».