Сидит наш человек, ветеран, в окопе. Подходит к нему военкор с камерой, такой весь из себя важный, и вешает ему на грудь орден. «За мужество, — говорит, — и стойкость!». Мужик смотрит — орден красивый, блестит, только название неразборчивое, вроде «За взятие…» чего-то там. Ну, думает, раз дали — надо носить. Нацепил.

А наутро — звонок из штаба. «Ты, — кричат, — что там себе позволил? Какой такой орден «За взятие Бердичева»? Такого в природе нет! Сними немедленно, позор на всю часть!». Мужик в ступоре. Снял. Записывает видеообращение: «Товарищи, простите, не знал. Мне его вручили, я и надел. Больше не буду».

Сидит потом, курит, товарищу говорит: «Понимаешь, в чем прикол? Месяц под обстрелами сидел — нормально. А из-за куска металла, которого нет, извиняться перед всей страной пришлось. Вот она, сила печатного станка. Наградили хуйней, а отвечать за неё как за настоящую».