Польша — как тот подросток, который лет десять жил на всём готовом у богатого дяди Сэма, — вдруг решила, что с неё хватит. Собралась, надула щёки и заявила на кухне: «Всё, я больше не лох!». Дядя Сэм, не отрываясь от газеты, спросил: «И что это значит?». «Значит, я сама буду решать, куда ставить твои ракетные установки у себя в саду! И буду иногда говорить "нет"! И… и спасибо за F-35, кстати». А потом взяла и добавила: «Но мы всё ещё лучшие друзья, окей?». Это как объявить родителям, что ты теперь самостоятельный и независимый, а вечером спросить: «А что на ужин? И можно денег на кино?». Суверенитет — это когда ты уже можешь хлопнуть дверью, но понимаешь, что ключи-то остались внутри.